QR-коды, казачьи посты и очереди на 9 км. Как юг России переживает новую волну топливного кризиса

Вторая волна топливного кризиса накрыла юг России в самый разгар курортного сезона. На трассе М-4 «Дон» выстраиваются километровые очереди, в Крыму вводят лимиты, а независимые АЗС остаются с пустыми резервуарами.

Журналист Ростислав Карабут рассказывает, из-за чего возник дефицит, почему грузоперевозки не подорожали вслед за топливом и как кризис бьет по кошелькам водителей.

Первая волна масштабного топливного кризиса в России, начавшаяся в июне 2026 года, наиболее остро проявилась в южных регионах страны, где наложились несколько критических факторов. Основными причинами дефицита горючего стали внеплановые ремонты и сокращение объемов производства на НПЗ после ударов беспилотников, а также сбои в железнодорожной логистике.

На юге РФ, особенно в Краснодарском крае, Ростовской области и Крыму, ситуация усугубилась сезонным пиком: уборочная кампания совпала с наплывом автотуристов в условиях нестабильного авиасообщения. Это спровоцировало ажиотажный спрос и вынудило местные власти вводить жесткие административные меры, включая лимиты на продажу бензина.

В середине августа на юге России вновь обострилась ситуация с топливом. После кратковременного улучшения в начале месяца в регионы вернулись очереди на АЗС, ограничения на продажу бензина и перебои с поставками. Особенно остро кризис проявился в Южном и Северо-Кавказском федеральных округах: к концу августа здесь зафиксировали самый низкий в России показатель наличия топлива на АЗС.

По данным «Известий» со ссылкой на расчеты аналитической компании «ОМТ Консалт», в августе хотя бы один вид топлива — бензин или дизель — можно было купить в среднем на 83,5% российских АЗС. Аналитики изучили данные за четыре понедельника месяца, полученные более чем с 16 тысяч заправок по всей стране, за исключением новых регионов. При этом бензин был доступен примерно на 62,5% АЗС.

Показатели юга оказались заметно хуже среднероссийских. В ЮФО и СКФО топливо было доступно примерно на 79% АЗС — столько же аналитики зафиксировали в Сибирском федеральном округе. Для сравнения, в Северо-Западном округе показатель достигал 90%. Независимые АЗС при этом испытывают дефицит сильнее, чем станции вертикально интегрированных нефтяных компаний: доступность топлива в этом сегменте снизилась в том числе на фоне сокращения биржевых продаж.

Кризис спровоцировало наложение двух факторов: сезонного пика спроса и резкого падения переработки.

Летом нагрузка на юг традиционно максимальна: регион принимает автотуристов, аграрии ведут уборочную кампанию, продолжается строительный сезон. При этом собственных мощностей нефтепереработки на юге исторически не хватает, из-за чего регион критически зависит от поставок из других частей страны.

Однако в августе поставки из других регионов дали сбой: российские НПЗ работали с перебоями после атак беспилотников. По данным Reuters со ссылкой на источники в отрасли, производство бензина в стране упало примерно до 70% от потребностей рынка — до 80 тыс. тонн в сутки при летнем спросе около 115 тыс. тонн. В результате системная нехватка топлива наложилась на рекордное региональное потребление.

Краснодарский край

14 августа губернатор Краснодарского края Вениамин Кондратьев обратился к вице-премьеру Александру Новаку с просьбой увеличить поставки бензина в регион. По словам главы Кубани, нефтегазовые компании из-за роста спроса начали ограничивать объем отпуска топлива и сокращать время работы АЗС. Особенно сложной он назвал ситуацию на Азово-Черноморском побережье. В разгар курортного сезона трафик туристов, приезжающих на курорты края на личных автомобилях, по оценке губернатора, достигал 50 тысяч машин в сутки. 

В последующие дни проблема вышла за пределы очередей на обычных АЗС. 17 августа в Новороссийске для бесперебойной работы городских и экстренных служб выделили две заправки, предназначенные для спецтранспорта и юридических лиц по топливным картам. Топливо оставалось доступным на 28 АЗС, однако большинство из них было обеспечено преимущественно дизелем. На нескольких крупных заправках для поддержания порядка дежурили волонтеры, еще за семью станциями закрепили казачьи подразделения. 

Параллельно федеральные власти поручили принять дополнительные меры для снабжения проблемных регионов. Краснодарский край вошел в число субъектов, для которых было необходимо увеличить объемы поставок.

Ростовская область

В Ростовской области дефицит проявился уже непосредственно на федеральной трассе. 22 августа на 1009-м километре трассы М-4 «Дон» в направлении Москвы образовался затор длиной около 9 км: правую полосу заняли автомобили, вставшие в очередь на АЗС. 

При этом власти региона заявляли, что речь не идет об отсутствии запасов как таковых. По их данным, поставки продолжались, в том числе за счет других НПЗ. Чтобы сохранить доступность бензина, вводились временные ограничения на отпуск топлива — например, лимит на объем в одни руки и запрет на заправку в канистры. 

«Прошу жителей не поддаваться ажиотажу и не скупать топливо «впрок», — заявил заместитель губернатора Ростовской области Игорь Сорокин 26 августа в официальном обращении к жителям региона.

Крым 

В Крыму дефицит к началу сентября дошел до режима фактического нормирования продаж. С 1 сентября на заправках сетей «АТАН» и «ТЭС» АИ-95 начали продавать по цене не выше 100 рублей за литр. Одновременно власти предупреждали, что АИ-92 и дизель еще некоторое время будут оставаться дефицитными.

Через день выяснилось, что одной ценовой меры недостаточно. 2 сентября глава Крыма Сергей Аксенов сообщил, что суточный объем топлива на АЗС будут продавать только в два окна — с 8:00 до 10:00 и с 18:00 до 20:00. Перед утренней продажей Минтопэнерго стало публиковать на интерактивной карте список станций, где в этот день есть бензин и дизель. Сам Аксенов признал, что объемы поставок пока не закрывают потребность жителей и часть автомобилистов неизбежно столкнется с ограниченным доступом к топливу.

К 7 сентября эта схема продолжала работать уже как ежедневное распределение ограниченного ресурса. По данным председателя Совета министров Крыма Юрия Гоцанюка, в этот день на 72 АЗС направили 148 тонн АИ-95 по цене не выше 100 рублей за литр. Из них 62 тонны должны были реализовать на 31 станции «АТАН», еще 86 тонн — на 41 АЗС «ТЭС». Данные о наличии топлива власти обновляют каждое утро.

В Севастополе ограничения оказались еще жестче. Продажу некоторых марок бензина по QR-кодам власти возобновили еще 11 августа: АИ-92 и другие непремиальные виды топлива отпускались ограниченно, тогда как часть более дорогих марок оставалась в свободной продаже.

К концу августа свободную продажу АИ-92 и АИ-95 так и не восстановили. С 1 сентября в городе начали продавать субсидированный бензин этих марок по цене не выше 100 рублей за литр на АЗС сетей «ТЭС» и «АТАН», однако по-прежнему по QR-кодам. При этом действует лимит в 20 литров на автомобиль. Власти рассчитывают вернуться к свободной продаже после увеличения объемов поставок.

Топливо перестало быть единственным фактором 

Очереди на трассах, лимиты «в одни руки» и QR-коды на АЗС создали угрозу масштабного сбоя в цепочках поставок. Казалось, что топливный голод неизбежно парализует коммерческий транспорт и спровоцирует резкий рост цен на доставку продуктов и промышленных грузов. Однако рынок грузоперевозок отреагировал на вторую волну кризиса неожиданно спокойно.

В комментарии нашему порталу «Логистическая платформа ATI.SU» сообщила, что пик роста ставок пришелся на первую половину лета, и примерно к середине июля ситуация начала стабилизироваться.

За последние четыре недели средние заявленные цены на грузоперевозки по ЮФО и СКФО снизились на 4%. Перевозки из Краснодарского края по большинству направлений подешевели примерно на 5–10%. Но движение ставок остается разнонаправленным: например, перевозки из южных регионов в Центральную Россию за тот же период подорожали на 5%, а на направлении Волгоград — Краснодар рост составил 16%. В обратную сторону тарифы, напротив, снизились на 7,7%. При этом в годовом выражении стоимость перевозок между Волгоградом и Краснодаром выросла более чем на треть.

По словам Святослава Вильде, основателя и директора ATI.SU, примерно с середины июля ставки начали стабилизироваться не только на юге, но и в России в целом. 

«Если в июне и начале июля дефицит топлива был единственным определяющим фактором, то сейчас это уже не так», — говорит Вильде.

В качестве одной из причин он называет перестройку логистики из-за ситуации с крупными логистическими комплексами. Когда компании вынуждены в короткие сроки менять маршруты и схемы доставки, на отдельных направлениях возникает дополнительный спрос на транспорт. Это может быстро повышать ставки, но такой рост, по оценке ATI.SU, оказывается кратковременным.

Бензина на юге по-прежнему не хватает, но сам по себе дефицит топлива уже не обязательно означает новый скачок тарифов. Рынок перевозок успел частично приспособиться за счет изменения маршрутов, перераспределения транспорта и спроса.

Для кого-то кризис закончился, для кого-то начался

Стабилизация ставок на рынке грузоперевозок еще не означает, что топливный кризис перестал менять повседневную жизнь южан. Для одних водителей он остается вопросом доступности бензина, для других превращается в дополнительные расходы или отказ от поездок.

Высокие ставки на перевозку топлива через прифронтовые зоны породили серый рынок рискованной доставки. Водитель из Краснодарского края рассказал нашему порталу, что этим летом ему предлагали перевезти в Крым топливо на предоставленной заказчиком машине. За рейс по сухопутному маршруту через новые регионы предлагали около 500 тыс. рублей. За перевозку продуктов — 350 тыс. рублей.

По его словам, высокая стоимость была связана прежде всего с рисками маршрута: водитель должен был ехать в район с повышенной, как он считает, опасностью обстрелов. Собеседник рассказал об этих предложениях на условиях анонимности.

Другой водитель, работающий по ЮФО, напротив, говорит, что практически не почувствовал дефицита топлива. Он пользуется ведомственной заправкой, где по удостоверению может заправлять служебный автомобиль без обычной очереди. По его словам, так же поступают его знакомые — сотрудники тех же органов.

«Я все лето так заправляюсь. 100-го бензина нет, только 92-й и 95-й. В общем, эта тема меня вообще не затронула», — рассказал он.

Для другого краснодарского автомобилиста ситуация оказалась противоположной. Весь август он практически не пользовался машиной: ему подходит только бензин АИ-100, с которым возникли проблемы. Члены его семьи также отказались от поездок на автомобиле. Пока они ждут, когда ситуация стабилизируется, и следят за наличием топлива через специальные боты и телеграм-каналы.

Еще один эффект кризиса проявился в стоимости повседневных поездок. Флорист из Краснодара, которая регулярно пользуется такси по работе, рассказала, что на привычном маршруте стоимость поездки выросла примерно с 500–600 рублей до более чем тысячи рублей. При этом она не заметила снижения цен между первой и второй волнами кризиса.

По ее словам, изменилась и разница между тарифами: если раньше она могла выбрать «Комфорт+» или Business, когда они стоили ненамного дороже «Эконома», то теперь разница стала для нее крайне ощутимой.

При этом напрямую связывать рост стоимости конкретных поездок именно с дефицитом бензина нельзя. В «Яндекс Такси» еще в начале июля заявили, что не наблюдают системного роста цен на поездки из-за топливного кризиса. Одновременно в компании сообщили, что водители стали проводить больше времени на заправках, и добавили, что ведут переговоры с властями и сетями АЗС об увеличении лимитов для такси.

Поэтому история флориста показывает не прямую формулу «дефицит бензина = такси вдвое дороже», а то, как топливный кризис постепенно проникает в обычную экономику города через доступность машин на линии, временные затраты водителей, стоимость доставки и цену услуг.

В итоге один и тот же кризис создает совершенно разные реальности. Для кого-то он означает километровые очереди и многочасовой поиск бензина, для кого-то — возможность заправиться по удостоверению, для кого-то — необходимость оставить машину во дворе на месяц, а для кого-то — изменение стоимости очередной поездки на такси.