Арт-группировка ЗИП: Давайте выпьем за анархию. Интервью с самыми влиятельными художниками России — 2017

2017 год был, пожалуй, самым успешным для ЗИПов за все девять лет их существования. Юга.ру встретились с Евгением Римкевичем, Степаном и Василием Субботиными и поговорили об искусстве и анархии.

Февраль. Художники стали участниками Триеннале современного искусства, которая впервые прошла в Москве.

Март. В Московском музее современного искусства открылась большая персональная выставка «Остановка "ДК ЗИП"». Инсталляция заняла четыре этажа и работала в течение месяца.

Апрель. ЗИПов номинировали на премию «Инновация» в категории «Региональный проект».

Сентябрь. Международная ярмарка современного искусства Cosmoscow назвала краснодарский КЦ «Типография» институцией года.

Ноябрь. Группировка ЗИП отправилась с фестивалем «Может» во Владикавказ и Дербент по приглашению Северо-Кавказского филиала Государственного центра современного искусства (Владикавказ).

Декабрь. Проект арт-группировки ЗИП «Остановка "ДК ЗИП"» получил Премию Кандинского в главной номинации — «Проект года». И под конец года, 26 декабря, группировка ЗИП заняла первое место в рейтинге самых влиятельных художников в российском искусстве 2017 года по версии издания «Артгид».

За последний год в вашем активе — премия Кандинского, большая выставка в ММСИ, первое место в рейтинге самых успешных художников. В чем стало легче, а в чем сложнее?

Василий: Теперь только «Золотой граммофон» осталось получить — и можно больше ничего не делать.

Степан: У нас правда был очень насыщенный год, и нам удалось позаниматься своими проектами. Но в то же время выставок и поездок было так много, что временно пришлось забросить дела в «Типографии». Мы устали, конечно.

Евгений: Очень здорово, что мы познакомились со многими художниками и кураторами, сделали проекты в коллаборациях, например во Владикавказе. Это дает новый заряд, опыт, знакомства. Не хватало спокойных моментов, чтобы отрефлексировать то, что происходило.

Степан: 2016 год был менее насыщен выставками, но был «Зеленый хутор», мы ездили в Кропоткин с исследованием — спрашивали у людей, что они знают об анархии, как ее воспринимают. Какие, как им кажется, принципы лежат в ее основе. В результате в «Типографии» открылась выставка с таким же названием, которая воспроизводила небольшое автономное поселение, существующее вне капиталистического и политического натиска и сохраняющее принципы горизонтальных связей, экономической независимости, творчества, равенства. Много времени мы провели в Краснодаре, читали и размышляли, у нас тогда появилось много идей. Это тоже важно — подумать, когда нет суеты и поездок.

Евгений: Я посчитал, что в 2017 году после проекта на Триеннале я был в Краснодаре не больше 20 дней подряд.

Арт-группировка ЗИП была создана в 2009 году в Краснодаре и получила название от завода измерительных приборов, где располагалась мастерская художников. За девять лет участники группы основали Краснодарский институт современного искусства (КИСИ), независимый фестиваль уличного искусства «МОЖЕТ», арт-резиденцию «Пятихатки», а также (в партнерстве) одну из главных городских контемпорари-арт-площадок — Краснодарский центр современного искусства «Типография».

Как думаете, в 2017-м сработал накопительный эффект за прошлые годы или вы вышли на новый уровень и поэтому получили такое признание?

Степан: Выставка в ММСИ — это большой отчетный проект за все годы нашей деятельности. Но это не ретроспектива и не архив прошлых лет, выставка получилась живой и при этом с историей. Конечно, сработал накопленный багаж плюс активная пятилетняя деятельность «Типографии» в Краснодаре.

Евгений: Накопилась критическая масса, которая выплеснулась на выставке в ММСИ.

Как планируете развиваться дальше?

Степан: Сейчас мы хотим стать более открытыми, больше сотрудничать с другими художниками. Для нас выставка «Зеленый хутор» вкупе с премией подвела некий итог деятельности, но мы не хотим оставаться в той же форме. Мы не хотим быть консервативной, закрытой группировкой.

Евгений: Нам не интересно замыкаться в себе и делать примерно одно и то же. Иначе можно превратиться в какого-нибудь члена союза художников, который из года в год в течение 70 лет пишет одну и ту же гору Петушок в Горячем Ключе. Нам интересно сотрудничать с разными художниками. В Киркенесе мы поработаем с художницей из Мурманска Дарьей Орловой — она училась в КИСИ и в прошлом году участвовала в проекте «Старт» на «Винзаводе».

Степан: Проекты, над которыми мы работаем, мы делаем или вместе, или в сотрудничестве с другими художниками. В 2018-м и дальше нам бы хотелось разрабатывать этот формат, и если кто-то из краснодарских художников захочет привнести свой вклад, то мы открыты к общению. Но именно как нерушимая закрытая единица ЗИП нам дальше не хочется работать.

Антон Белов

Антон Белов

директор Музея современного искусства «Гараж» (Москва)

— Арт-группировка ЗИП — яркий пример того, как на драйве можно создать классный проект в области современного искусства, не имея большого количества ресурсов и сильной федеральной или международной поддержки. Оставаясь успешной творческой группой, ребята выходят за ее рамки — они занимаются и резиденцией «Пятихатки», и КЦ «Типография», и КИСИ. Мы дали грант «Типографии», чтобы развивать один из главных региональных культурных центров и самый главный в Краснодарском крае.

В этом году ЗИПы получили, по-моему, все что возможно — и премию Кандинского, и возглавили рейтинг «Артгида» самых влиятельных художников. Мне кажется, это накопленный эффект, результат всего того, что они делают сейчас и делали в прошлые годы.

Давайте не забывать, что в России большинство художников, когда они получают определенную известность, славу или влияние, переезжают из региона в Москву или Санкт-Петербург. ЗИПы — прекрасный пример того, что художники остались в своем регионе и делают успешный региональный проект. Из Москвы стало видно, что это очень значимая группировка, и у меня есть ощущение, что это художники федерального и даже международного уровня.

Как у вас распределяются роли в команде? Вот Степа больше других общается с журналистами. Есть ли еще какое-то деление?

Степан: Мы все на равных занимаемся одним и тем же, все что-то рисуют. На выставках в «Типографии» кто-то из нас больше участвует как куратор или монтажник, но каждый раз это меняется. Четкого распределения нет.

Евгений: Так и с идеями проектов — бывает, ничего не приходит в голову, а потом, наоборот, фонтан идей. Мы живые люди и не можем постоянно генерировать идеи и работать на пике. А так получается живая взаимозаменяемая структура, в этом плюс работы в группе.

Насколько для вас велика роль меценатов?

Степан: Их поддержка для нас суперважна. Мы ездим по другим городам и видим, что часто такие проекты, как «Типография», быстро закрываются. Всем надоедает работать на энтузиазме, когда никто не зарабатывает и кому-то приходится за все платить. Это грустно, но вполне понятно. Евгений Павлович [Руденко — прим. Юга.ру] три с половиной года содержал «Типографию», до этого Коля [Николай Мороз — прим. Юга.ру] полтора года. Валерий Неженец сильно помогает и плюс еще грант «Гаража» — сейчас у нас есть какая-то стабильность. Постоянно «Типография» была на грани выживания, много раз нужно было что-то срочно придумывать. Мы бы никогда не сделали такой центр, если бы не волевое желание Коли и такая мощная поддержка.

Евгений: И его вера в то, что это хорошая затея.

Культурный центр «Типография» начал свою работу в 2012 году в центре Краснодара в пространстве бывшей типографии «Советская Кубань». Деятельность центра сконцентрирована на образовательных и выставочных проектах в области современного искусства.
«Типография» существует на средства своих «патронов» — людей, которые готовы безвозмездно поддерживать современное искусство в Краснодаре. На сегодняшний день это основатель центра Николай Мороз, Евгений Руденко, Валерий Неженец, Валентин Дьяконов и Алиса Савицкая. Также «Типографию» поддерживает московский музей «Гараж».

Степан: Очень важно, чтобы было место, где художники могут встречаться, выставляться, делать проекты. Это необходимо для развития современного искусства. Меценаты сохранили краснодарскую художественную среду, мне кажется.  

Василий: И это не буржуазная история, когда искусство спонсируют олигархи. Евгений Павлович, Колян и Валерий — наши друзья, старшие товарищи, которые по‑человечески поддерживают и помогают. В этом уникальность «Типографии».

У вас был соблазн от всего отказаться в сложные периоды?

Степан: Вообще нет. Никогда. В мире много профессий, но я ничем другим никогда не хотел заниматься. Мы это делаем не ради славы или денег, а ради процесса. И чтобы самим здесь жить. Либо нам нужно было уехать и где-то искать комфортную среду, либо для себя создать место, где хотелось бы находиться.

Почему вы не захотели уехать? Проще обосноваться в Москве, где уже есть подходящая среда.

Степан: Но там и так все есть: много музеев, много галерей. Нам хочется быть полезными, что-то менять в месте, где живем.

Игорь Маркин

Игорь Маркин

коллекционер, основатель онлайн-аукциона современного российского искусства музейного уровня ART4 (Москва)

— Мне очень понравилась большая выставка ЗИПов в ММСИ, до этого я видел только отдельные работы. Я считаю, что Премию Кандинского они вполне заслужили, в отличие от многих других предыдущих победителей. Их искусство мне кажется свежим и остроумным, но именно в формате больших выставок. Я видел отдельные работы, и они особенного впечатления на меня не производили. В моей коллекции нет группировки ЗИП, и пока я не планирую их покупать.

Я правильно понимаю, что вы анархисты?

Хором: Конечно.

Василий: Но мы не до конца анархисты.

Степан: Сейчас очень сложно четко определить позицию. Нам ближе идеи анархии, они кажутся нам разумными. Хотя многие с нами спорят.

Василий: Мы пожили во всей ***** (фигне): в коммунизме, монархии. А в анархии не жили. Давайте выпьем за анархию.

Почему не до конца анархисты?

Василий: Никогда нельзя назвать себя до конца последователем каких-то идей.

Степан: Как мы можем быть анархистами? Мы не живем полностью по принципам анархии.

Василий: Как не живем? Я живу. Просто я не могу себя назвать анархистом. Знаете, кто у меня Отец, Сын и Святой Дух? Отец — Спиноза, Сын — это Лейбниц, а Святой Дух — анархия.

Евгений: Это слишком жесткие рамки. На самом деле все сложнее.

Ирина Шульженко

Ирина Шульженко

PR-директор музея ART4 (Москва)

— В случае с ЗИПами, как и в случае со многим другим искусством, называемым славным словом «контемпорари», важна, конечно же, не столько высота эстетической планки, сколько понимание «внутренней империи» ЗИПов, их идеологии. Ничего из того, что мне доводилось видеть, не выпадало из общей картины их творчества: будь то ЗИП-мобиль или кубанские шахматы. Еще больше я прониклась их искусством, когда увидела в «Типографии» выставку, которую они сделали по итогам своей поездки в город Кропоткин в Краснодарском крае. Они спрашивали местных жителей, знают ли они хоть что-то о товарище Кропоткине. Мне глубоко симпатизирует последовательность, цельность всего, что они делают. Такое ощущение, что каждая работа как бы содержит в себе в том числе и всю выставку в целом. Творчество ЗИПов неделимо и тем прекрасно.


Ваш отец — заслуженный архитектор России Юрий Субботин, он проектирует храмы. Как он относится к вашему анархизму и вашим работам? Что вы думаете о его проектах?

Василий: Отцу 75 лет. Он любит русский авангард, при этом и классическую архитектуру, и геометрию. Храмы он начал проектировать в 90-е. Почему храмы — это плохо, если их проектирование приносит ему удовольствие?

Степан: Есть родители, а есть дети — каждый занимается своим делом, идет по своему пути. Что тут странного? Он первый спроектировал вместе со своим братом храм Рождества Христова в 90-х годах, для них эта идея была по-своему революционной. С властью он не связан, он работает преподавателем сейчас.

Кто вам нравится из современных художников?

— Нам понравилась работа Пьера Юига в Мюнстере на Skulptur Project. Эта работа связана с местом, в котором сделана. Это был большой заброшенный каток, он превратил его в новую вселенную, со своей микрофлорой и правилами. Искусство, связанное с контекстом и пространством, нам интересно. Нравятся работы Франсиса Алюса, который в основном работает в Мехико.

Над какими проектами вы сейчас работаете?

Степан: Мы рисуем эскизы для «Баренц-Спектакль» [международный арт-фестиваль — прим. Юга.ру] в городе Киркенесе в Норвегии. Премьера запланирована на февраль. Вася рисует логотип — это скрещенный оленебык. Я рисую, как будет выглядеть пространство, а Жека рисует для другого проекта игральные карты.

Евгений: Карты будут с характерной для Дальнего Востока символикой, например, в колоде будет масть креветка и хрустальный тигр по названию казино. Там свободная игорная зона, поэтому карты.

Василий: Можем с вами поделиться новостью: ЗИП переименовывается в ZIP Crystal, и как раз мы едем в казино.

Аккуратней, а то придется правда переименовываться.

Василий: Нормальная тема, мы готовы!

Вы планируете выставки в Краснодаре в этом году?

Степан: Мы хотим сделать выставку у Смаглюка [известный краснодарский художник, ювелир, реставратор Михаил Смаглюк — прим. Юга.ру], у него уютная галерея. Там душевно и очень классная атмосфера. Плюс мы участвуем в нескольких исследовательских проектах в «Типографии».

Зритель должен знать, кто вы такие, чтобы понимать ваше искусство?

Василий: Не должен. Мы должны с ним встретиться случайно и пообщаться через наши работы.

Евгений: Каждый проект — это законченное и самодостаточное высказывание. В том числе это и взаимодействие со зрителем. Проект должен быть понятен на уровне того, что ты видишь. Эту картинку можно осознать, домыслить — и этого должно быть достаточно для понимания.


В комментариях недопустимы и будут удалены: реклама, оскорбления, мат, клевета, любые нарушения законов РФ.

Читайте также

Реклама на портале