«Власти приходят и уходят, а наш регион стабильно выгорает». Интервью с координатором добровольных пожарных Кубани

5 мая в Краснодаре начнутся курсы добровольных пожарных. Кому и зачем нужны эти курсы — и кто такие кубанские добровольные пожарные? Рассказывают Юга.ру.

Максим Ребеченко, руководитель волонтерской группы «Добровольные пожарные Кубани»:

— Цель мероприятия, которое начнется 5 мая, — еще раз привлечь внимание к проблеме природных пожаров и собрать волонтеров, которые готовы участвовать в движении. Эти курсы мы организуем при поддержке Гринпис, и одним из лекторов будет Софья Косачева, которая руководит региональными противопожарными программами. Остальные курсы мы проведем сами. Цель какая? Мы собираем людей, обучаем их, рассказываем про все аспекты нашей работы — мы не только тушим пожары, но и сажаем лес, занимаемся с детьми.

Эти курсы будут идти в мае по субботам. 5 мая — первый день знакомства, когда мы расскажем, кто мы такие и почему нас волнует проблема пожаров, как с ними бороться и в чем, собственно, проблема. Расскажем не только о нас, но и о других группах, которые существуют в нашей стране. В следующую субботу мы расскажем о работе с детьми. У нас это не какие-то занудные лекции, все проходит в игровой форме, с массой интересных заданий. Эти программы по работе с детьми мы успешно обкатывали в школах, детских лагерях, развлекательных центрах. Возраст — школьники 5–9 классов.

Еще через неделю поговорим о картографии и спутниковом мониторинге. Софья Косачева расскажет, как можно мониторить пожары, почему добровольцы приезжают на возгорания раньше, чем МЧС, и как любой гражданин может увидеть, что и где горит. Какие есть сервисы, какие спутники и как это все работает. 26 мая будем рассказывать про тактику тушения природных пожаров. Как это делать, с каким оборудованием, в какой одежде.

Это будут теоретические занятия?

— Да, на майских занятиях будет исключительно теория. Но с теми, кто останется после этих занятий, мы будем работать дальше. Будем брать их на выезды. У нас сейчас около десяти подготовленных добровольцев, и наша цель состоит в том, чтобы к осени их стало больше. Хочется, чтобы в случае возникновения любой опасной ситуации у нас смог сразу же собраться полный экипаж — пять человек. Обученных и готовых в любой момент.

Готовимся к осени. Хотим взять под контроль территорию Краснодарского лесопарка. Это обширная территория в районе Гидростроя — земли лесного фонда, которые каждый год стабильно выгорают. Дороги туда перекрыты, и при всем желании пожарная машина не проедет. Кроме того, не у всех городских частей есть то оборудование, которое есть у нас. Это лесной ранцевый огнетушитель, воздуходувка — специальная техника, которая в городе в принципе и не нужна. Я считаю логичным использовать наши ресурсы и попытаться сохранить ценную для нашего города территорию. Будем продолжать и выезды по краю, но, надеюсь, в более расширенном составе.

Кто входит в вашу команду?

— Самые обычные люди самых разных профессий. Я — юрист, есть микробиолог, есть режиссер массовых сцен. Всех объединяет одно — проблема пожаров, которая нам небезразлична. Специального образования в области пожаротушения нет, но при этом мы не просто хватаем что придется и бежим на пожар. Безопасность и обучение всегда на первом месте. Огню все равно, профессиональный ты пожарный или доброволец. Есть справочник для обучения лесных пожарных. Он единый для всех — и для специалистов Лесавиаохраны, и для добровольных пожарных.

Оборудование наверняка стоит немалых денег. Где вы его берете, кто помогает?

— Около 30 тыс. рублей мы собрали через краудфандинг — это когда обычные люди жертвуют деньги на какой-то проект, который кажется им важным или интересным. Ранцевый огнетушитель стоит 5 тыс. рублей. Часть оборудования мы приобрели сами, пять ранцевых огнетушителей и воздуходувку передал нам Гринпис. Воздуходувка — это садовый опрыскиватель с бачком. Он сбивает огонь потоком воздуха с водой. Первый раз его применили на Дальнем Востоке — оказалось эффективно. МЧС применять его не может: это несертифицированное пожарное оборудование. А нам сертификат не важен, а эффективность в полях и камышах у воздуходувки высокая. Ездим мы на собственных автомобилях — «Москвич» и ВАЗ-2107. Пять человек экипажа, полный багажник воды и ранцевых огнетушителей, воздуходувка на крыше — и вперед. Но наша деятельность — это не только тушение. Наша основная работа — пропаганда.

На Кубани есть добровольные пожарные, кроме вашего отряда?

— Тут есть интересная коллизия. Есть закон об официальных пожарных-добровольцах, и в крае их числится 90 тыс. человек. Вот смотрите, за лес у нас отвечает Рослесхоз, МЧС отвечает за населенные пункты, и оно же обязано организовать тушение на территориях, не относящихся к лесам и населенным пунктам. И вот эти вот поля, лиманы, плавни должны тушить добровольцы. И по бумагам, в каждом населенном пункте у нас в крае есть люди, которые являются добровольцами. И это не только на Кубани, а по всей стране. Но по факту живых добровольцев, которые что-то тушили, я первый раз видел в Амурской области. У нас я их не видел, хотя это не значит, что их нет. Возможно, они где-то работают и что-то тушат. Но такая волонтерская группа, как у нас, — одна. По стране мы знаем около десяти таких групп. Хотя, по данным МЧС, в стране числится около миллиона добровольцев.

В развитых странах добровольцы — это основа всех пожарных подразделений. Люди не получают зарплату, но кому-то государство предоставляет технику, кому-то оборудование закупает муниципалитет. В Германии, например, в маленьких городках бывает, что один диспетчер получает официальную зарплату, а вся пожарная команда — это обычные горожане, которые дежурят группами. В принципе, это точно так же могло бы работать и у нас. Загорелись поля возле станицы — команда из местных добровольцев выехала, быстро потушила, да еще и узнала, кто совершил поджог, и провела с ним профилактическую беседу. Это было бы здорово.

Недавно недалеко от моего дома на берегу Кубани загорелся камыш. У меня в машине всегда лежит оборудование, я сразу же приехал. На место прибыла пожарная машина с двумя пожарными, включая водителя. А должно быть пять человек. Ситуация ненормальная. Но людей реально не хватает. Я у них спросил, почему так? Один сказал, что уже 25 лет работает и его не первый год провожают на пенсию. А молодых толковых ребят (по его словам) нет. Приходят, полгода-год работают — и либо сами не выдерживают, либо такие специалисты, что положиться на них нельзя. Кадры не держатся. И надо понимать, что пожарный — это такая профессия, в которой много денег ты не заработаешь. И эта профессия связана с огромным риском. Ситуация, в общем, печальная.

Главная задача не в том, чтобы справиться с последствиями, а в том, чтобы предупредить пожары, не дожидаясь трагедии. В феврале от палов травы на Дальнем Востоке погиб первый в России человек. Дедушка жег траву на огороде, ветер сильно дунул, загорелся сарай, сосед прибежал спасать дедушку, взорвался баллон в сарае и убил соседа. А дедушка делал свое обычное дело — просто жег траву. И леса у нас горят потому, что их поджигают люди, — других причин нет. И мы здесь, на Кубани, не застрахованы от таких вещей. Случайный непогашенный костер — и снова нужно тратить миллионы рублей на устранение последствий. У нас же сейчас горящая трава пожаром и не считается. Хотя в феврале недалеко от Краснодара были случаи, когда травяной пал перешел на жилую застройку, — в итоге сгорело два дома. Они оказались недостроенными, и обошлось без жертв. А если бы был сильный ветер? Все могло закончиться трагедией.

В августе 2016 года на Кубань приезжали добровольные пожарные Гринпис — и их лагерь подвергся нападению неизвестных...

— Да, я был в том отряде. И прекрасно помню события той ночи. Ситуация, конечно, была ужасно неприятной. В Краснодарский край приехала экспедиция Гринпис, главной задачей которой было обучение местных добровольцев на практике в местных условиях. И люди оказались в такой неприятной ситуации. Я недавно вернулся из Амурской области, это самый горящий регион, там недавно был введен режим ЧС. И несмотря на то что Гринпис там активно тыкает местные власти носом в их недоделки, отношение к добровольным пожарным совсем другое. С ними встретились губернатор, МЧС, местные журналисты. И регион там непростой, и криминал там есть, но отношение к волонтерам разительно отличается то того, что было в Краснодарском крае в августе 2016 года. Кубань стала единственным регионом, где на добровольцев напали, а потом еще и облили грязью в некоторых СМИ.

Вы в курсе, как продвигается расследование того нападения?

— Насколько я знаю, оно никак не продвинулось. Но сейчас за это дело взялся адвокат Александр Попков. Он собирается довести это дело до ЕСПЧ, но, насколько я знаю, расследование идет крайне медленно.

Но вы понимаете, что добровольцам в любом случае придется взаимодействовать с властью?

— А мы с властью и не воюем. Понимаете, власти приходят и уходят, а наш регион стабильно выгорает. Масштабы, конечно, не как в Амурской области, но то, что с каждым годом мы теряем ценные территории и здоровье людей, — это факт. С властью надо взаимодействовать, чтобы этот вопрос решить. Силами группы из десяти волонтеров сделать это невозможно. Поэтому мы готовы к сотрудничеству со всеми — властями, МЧС, журналистами, школами. Мы ведем максимально лояльную кампанию — вообще не критикуем власть. Да, если есть факты сокрытия истинных масштабов пожаров — а такое происходит повсеместно по всей стране, — то мы не можем молчать. В остальном же у нас нет задач кого-то поругать или выставить крайним. Мы хотим работать с государством, потому что понимаем, что сдвинуть ситуацию с места сами по себе мы не сможем. Кроме того, сейчас стартовала федеральная программа «Останови огонь» — и мы первые из общественных организаций на юге России в нее включились. Эта кампания преследует цель рассказать о том, что пожары — это дело рук человека.

Что бы вы хотели видеть главным итогом ваших майских семинаров? Чтобы государство дало вам денег? Или к вам пришли новые кадры?

— Нам не нужны деньги от государства, но мы хотим увеличить количество волонтеров. Не только тех, кто будет тушить пожары. Посадки деревьев, образовательные программы для детей — работы валом. Чем больше людей, тем больше мероприятий мы сможем провести. Хотя, конечно, внедорожник нам очень нужен, и если какая-нибудь компания выделила бы на полезное дело машину, это было бы здорово. Ну а главное — мы ждем людей, которым небезразлична проблема пожаров. Мы готовы делиться опытом, у нас нет суровой иерархии — вот, мол, мы это дело начали, и мы должны быть главными. Вот к нам пришел парень, которому нравится сажать лес, — все, он полностью взял направление, связанное с лесными посадками, у него уже свой питомник, свои волонтеры. Он все делает самостоятельно, но в рамках движения добровольных пожарных Кубани. Если у нас будут появляться люди, готовые взять на себя такие функции, то это прекрасно.

«Случай вопиющий»

Власти Краснодара подтвердили задержание нескольких участников ночной перестрелки

На Дону мальчику после перелома ампутировали руку из‑за заражения крови

Мать ребенка обвинила врачей в ошибке

Мнения

Возвращение 90-х

Что жители Краснодара думают о ночной перестрелке у вещевого рынка

Недопустимы и будут удалены комментарии, содержащие рекламу, любые нецензурные выражения, в том числе затрагивающие честь и достоинство личности (мат, оскорбления, клевета, включая маскирующие символы в виде звезд или пропуска букв), заведомо ложная или недостоверная информация, которая может нанести вред обществу (читателям), явное неуважение к обществу, государству РФ, государственным символам РФ, органам государственной власти РФ, а также любое нарушение законодательства РФ.

Читайте также

Реклама на портале