Вениамин Кондратьев: Об учебе в КубГУ, карьере и жизненном кредо (часть 1)

Временно исполняющий обязанности главы администрации Краснодарского края Вениамин Кондратьев дал эксклюзивное интервью порталу Южного региона ЮГА.ру.

Беседа шла в непринужденной обстановке за чаем. Список согласованных заранее вопросов врио губернатора Кубани сразу же отложил в сторону, и живой разговор в итоге продлился на полчаса дольше запланированного срока. Действующий глава региона с удовольствием вспоминал свои студенческие годы, рассказывал о знакомстве с нынешними коллегами, иронизировал, цитировал Ахматову и критиковал Цветаеву, делился планами на будущее, говорил о проблемах края и рассуждал о взаимоотношениях власти и общества.

Из-за большого объема текст разделен на две части: в первой речь пойдет о том, как студент филфака оказался в итоге исполняющим обязанности губернатора, во второй – о кадровых вопросах, принципах формирования команды и "болевых точках" в развитии Кубани.

Интервью не является агитационным материалом. Мы не призываем голосовать за Вениамина Кондратьева на губернаторских выборах, как не агитируем и за остальных кандидатов. Нам просто интересно было чуть больше узнать (и рассказать вам) о человеке, которого в конце апреля 2015 года глава государства неожиданно назначил исполняющим обязанности главы Краснодарского края.

О Вашей жизни до назначения на пост врио губернатора Кубани известно не так много. Для многих Вы все еще terra incognita...

– Все когда-то были terra incognita. Не бывает совершенно прямой дороги – на каждой есть повороты. И в жизни так же – есть те, кто в пределах прямой видимости; те, кто за поворотом; те, кто стоит на запасном пути, а потом появляется. Жизнь – она такая. (улыбается)

Когда я изучал первый раз Вашу биографию, удивило то, что у Вас два высших образования – филологическое и юридическое. Кем Вы себя больше считаете – филологом или юристом? Ведь это не только разные специальности, но и разные типы мышления.

– Пожалуй, юристом – кем я в жизни состоялся, тем себя и ощущаю. В детстве я почему-то мечтал стать именно следователем. Но когда заканчивал школу, на юрфак можно было поступить, только отслужив 2 года в армии или имея два года стажа в правоохранительных органах.
По складу ума я гуманитарий, поэтому мне ничего не оставалось, как пойти на филологический факультет Кубанского госуниверситета. Там как раз открылось отделение журналистики, заведующим которым был Александр Факторович. Это были самые первые шаги факультета журналистики, даже специальность такая еще не была прописана.

Я стал студентом филфака, но желание быть юристом как было во мне изначально, так никуда и не делось. И когда через год убрали ограничение для поступления на юридический, я воспользовался этим моментом. Не говорил никому, даже родителям, чтобы лишний раз не оправдываться и не краснеть, если провалюсь. Сделал ксерокопию аттестата, сдал на общих основаниях экзамены и поступил заочно на этот крутой и престижный факультет.

Был очень счастлив, но примерно неделю. Потому что оказалось, что на юрфак в обязательном порядке требуется подлинник аттестата о среднем образовании, который у меня лежал в деканате филфака, и никак без него обойтись нельзя. В итоге дошел до ректора, рассказал ему свою ситуацию, и ученый совет в порядке эксперимента разрешил мне учиться сразу на двух факультетах с индивидуальным графиком.

Я был настолько в восторге, что в первую зимнюю сессию не воспользовался этим графиком, и у меня наложились экзамены юрфака и филфака. Это был сумасшедший шквал, в читальном зале я был завсегдатай, при этом на юрфаке еще не было многих учебников, а законы мы изучали по публикациям в газетах. После той безумной сессии я купил обычный школьный дневник, расписал себе все и жил строго по составленному графику. Потом даже сдавал экзамены экстерном, пройдя юрфак за 3-4 года, но в итоге ректор попросил меня не наглеть, и на госэкзамены я пошел уже со всем курсом.

Как Вы попали на работу в администрацию Краснодарского края, не имея особого опыта работы?

– В то время очень хорошо работали кадровые службы. Я со своими двумя факультетами был на слуху, да еще все время отстаивал свои пятерки. Мне очень важна была стипендия, потому что она была источником моих доходов наряду с зарплатой юриста в коммерческой фирме, куда я устроился после второго курса. Стыдно было просить денег у родителей-пенсионеров.
Кадровики отследили такого студента, меня пригласили на работу и в прокуратуру Краснодарского края, и в краевую администрацию...

А почему в итоге выбрали не прокуратуру?

– Все очень просто. Я вырос в станице, для меня Краснодар – это было нечто. До сих пор помню свои впечатления, когда нас классе в пятом привезли в краснодарский цирк...
И тут управляющий делами администрации Николай Федорович Бондаренко, пообщавшись со мной, говорит: "Если нормально продержишься года два-три, я тебе дам квартиру, обещаю". А что такое получить квартиру в городе? Для станичного парня это несбыточная мечта! Так я и пошел работать в администрацию Краснодарского края.
Год пробыл стажером, потом перешел на самую низкую должность – ведущим специалистом в юридический отдел. Переживал, конечно, из-за ответственности, потому что краевая администрация – это было очень серьезно и значимо, важные решения здесь принимали умудренные опытом люди, к которым я себя тогда не относил.

Когда стали чиновником, думали, что в итоге окажетесь на нынешнем посту? Выстраивали карьеру специально или это череда случайностей?

– Нужно быть провидцем, чтобы такое предугадать заранее. (улыбается) Когда я перешел на работу в Управление делами президента, мы с семьей настроились, что нужно будет переезжать в Москву, квартира уже была предоставлена. И дальнейшие изменения в моей жизни тогда нельзя было предсказать.

Но ничего не происходит случайно, есть только закономерности... В силу своего характера я на любом этапе качественно выполнял свою работу, для меня это главный принцип жизни. На всех должностях, даже на самой маленькой, основной моей доминантой были педантичность и ответственность. Для меня нет разницы – шесть часов вечера или 21:00, пока я все не сделаю, никуда не ухожу. И такая повышенная работоспособность всегда была продиктована ответственностью и нежеланием подводить тех, кто мне доверил.

Сейчас для меня самое главное переживание – это оправдать доверие президента и сделать жизнь людей в крае по-настоящему лучше. Очень боюсь что-либо обещать, если в итоге не сделаю.

Вы долгое время проработали вице-губернатором, оставаясь практически незаметным для публики. Чем занимались все это время?

– Когда Александр Николаевич Ткачев стал губернатором, я уже работал в администрации. Взаимодействие с главой края тогда шло через руководителя аппарата Леонида Баклицкого. Он, как человек военный, вероятно, оценил то, что я всегда выполняю поручения точно и в срок, поэтому сначала назначил меня начальником правового управления, а потом, неожиданно, своим заместителем.
Через несколько месяцев после ухода Баклицкого ко мне в кабинет спускается Александр Николаевич и предлагает стать заместителем главы администрации по имущественным вопросам. Я говорю: "Я же юрист", он отвечает: "Вот и занимайся своим делом. Будешь замом по правовым вопросам, но и имущество возьми к себе".
Так в 33 года я и стал вице-губернатором, оставаясь юристом. Моей задачей было законно оформлять предоставление, изъятие и перераспределение земли. Поэтому мне не требовалась публичность, да в силу характера я совсем не публичный человек.

Как и почему произошел Ваш переход в Управление делами Президента России, который для многих стал большой неожиданностью?

– Мне поступило предложение от вновь назначенного Управделами президента. Александр Сергеевич Колпаков формировал новую команду и хотел опираться на людей принципиальных, честных и имеющих свою принципиальную позицию. В частности, он наводил справки и мониторил субъекты РФ, чтобы найти человека на вакансию руководителя Главного управления федерального имущества.

Меня пригласили в приемную управделами президента и неожиданно сделали прямое предложение. При этом не скрывали, что максимально изучили мой образ жизни и любую информацию обо мне, включая сплетни и слухи, все анализировали и все перепроверяли. Начальника Главного управления федерального имущества назначает своим указом президент. Если что-то будет не так, то удар идет по первому лицу, и здесь ошибки быть не может.

Так получилось, что в моей жизни за короткий срок было три персональных указа главы государства – сначала о назначении начальником ГУФИ, потом заместителем управделами президента, а затем врио губернатора Кубани. Есть понятие судьбы, а для меня – как человека верующего – это Божья воля. Видимо, я могу нести тот крест, который мне выпал. А это значит, что я его должен нести.

Вы сомневались, принимать ли предложение о назначении исполняющим обязанности губернатора Кубани?

– Безусловно, раздумья были, я переживал и волновался, как любой человек. Были и сомнения – смогу или не смогу. Но доверие человека, который меня назначил, перевесило все. Я понимал, что такое бывает раз в жизни. И каждый в таких ситуациях, я уверен, найдет силы, чтобы максимально служить государству. Если доверие оказано, надо впрягаться и работать, другого не дано. Это, на самом деле, большая честь. И гордость, откровенно говоря.

Для меня очень важно сделать хоть чуть-чуть лучше жизнь вокруг тебя, если тебе такая возможность дана. Что-то добавить, что-то изменить, преумножить.

Хотя и сейчас есть огромнейшие переживания. Связаны они и с тем, что я действительно не публичен, мне сложно. Даже супруга говорила, зная меня: "Куда ты? Ты даже лишний раз со двора не хочешь выходить". Такой у меня характер. И когда ты вдруг становишься максимально открытым, максимально публичным – поверьте, это непросто.

Образ жизни у нашей семьи очень закрытый. Мы, например, любим сами тихо поехать на велосипедах в степь. Я очень люблю степь, ее простор, широту и ощущение свободы – намного сильнее, чем море и лес. Только в степи можно по-настоящему увидеть, как заходит солнце: его не закрывают дома или деревья, и ты чувствуешь мощь мироздания...

Тем не менее, я там, где я нахожусь, такова судьба. Для меня и сегодня нужна максимальная концентрация сил, чтобы выйти и обратиться к аудитории, хотя сейчас делаю это практически каждый день. Я всегда говорю то, что у меня внутри, поэтому мне нужно собраться и осмыслить, что я скажу. Всему в жизни приходится учиться, для меня это новый рубеж, который я преодолеваю.

Что Вам кажется самым важным на нынешней должности?

– Для любого политика – а губернатор все равно является политиком – важно в первую очередь оставаться человеком. Тогда будет настоящий контакт с населением. Кстати, я очень не люблю слово "электорат", потому что нет никакого электората, есть люди. Я лишь первый среди равных, отсюда и груз ответственности перед ними тоже.

На сходах с гражданами в городах и районах я всегда стараюсь по глазам людей понять, насколько искренне у нас идет диалог. Иногда прямо говорю, что мог бы наобещать что угодно, но не буду этого делать, потому что из-за ограниченности бюджета не смогу выполнить даже после выборов. Это вызывает то доверие, которое я хочу видеть. Возникает контакт, они ощущают во мне не политика, и даже не губернатора, а человека, который может сделать то, что говорит. Или постарается сделать.

Я всегда и главам муниципалитетов, и коллегам по краевой администрации говорю: "Если вы будете стараться, но у вас не получится, то люди не будут слишком возмущаться, потому что вы хотя бы старались. А когда вы просто существуете, да еще и барствуете, то это реально заслуживает протеста того самого народа, которому мы должны служить". Это мой принцип жизни, он со мной был, остается и будет всегда.

Пора понять, что с народом нельзя заигрывать или играть, с ним нужно считаться. Поэтому мне сегодня важно ощущение того, что реально происходит, какая температура в обществе.

Есть ли у вас какой-то жизненный принцип, которым Вы руководствуетесь в своей работе?

– Во мне очень давно живет осознание того, что в одиночку нельзя быть сытому, богатому и счастливому. Многие мои действия продиктованы именно этим. Это моя страна, Кубань – моя малая родина. И другой Родины у меня никогда не будет, и никакой иной стране мы – все вместе – никогда нужны не будем.

Это понимание, скорее всего, и есть то самое главное, что движет мной. Поэтому я должен делать краше свою родину, я должен максимально выложиться здесь. Мне должно быть здесь комфортно, как и всем гражданам нашей страны, и жителям нашего края. Это принципиально. Я хочу, чтобы мои дети и внуки жили в счастливой, сытой и гордой стране, в великой России.

Для меня это не громкие слова. Еще раз подчеркиваю – никому никогда и нигде мы не будем нужны. Это убеждение досталось от мне родителей, так говорил мой отец, эти же слова я повторяю своему сыну, чтобы для него они стали незыблемым постулатом жизни.

А один, разумеется, ты ничего не сумеешь. Поэтому всегда нужно помнить, что в одиночку нельзя быть сытому, богатому и счастливому. Тогда многое в жизни удастся, и ты будешь счастлив, что многое смог сделать. А люди уже оценят, оставил ты после себя след или нет.

Смотрите также

Вениамин Кондратьев: О команде, коррупции, кланах и Краснодаре (вторая часть интервью)

Кто такой Вениамин Кондратьев: биография

Смотрите также:

Недопустимы и будут удалены комментарии, содержащие рекламу, любые нецензурные выражения, в том числе затрагивающие честь и достоинство личности (мат, оскорбления, клевета, включая маскирующие символы в виде звезд или пропуска букв), заведомо ложная или недостоверная информация, которая может нанести вред обществу (читателям), явное неуважение к обществу, государству РФ, государственным символам РФ, органам государственной власти РФ, а также любое нарушение законодательства РФ.

Читайте также

Реклама на портале