"Артистка": Не пей вина, Гертруда!

Картина "Артистка" у Станислава Говорухина получилась легкая и вполне праздничная. Классическая мелодраматическая комедия, "женская" по определению.

Неудачливая скромница — даром что артистка столичного театра — якобы никак не может получить ни главную роль (героине "за тридцать", на Офелию уже не претендует — хочет Гертруду), ни достойного мужа. Понятное дело, в финале она будет вознаграждена, да еще и с бонусом — главной ролью в телесериале.
Актеры собраны замечательные: Евгения Добровольская, Мария Аронова, Александр Абдулов, Михаил Ефремов, Юрий Степанов, Дмитрий Певцов, Светлана Немоляева, Федор Бондарчук, Ирина Скобцева. Все работают в рамках предлагаемой степени условности (профессионализм умножен на опыт собственно театральной жизни, в том числе, совместной; в частности, Ефремов и Добровольская служат во МХАТе, одно время были женаты). Диалоги забавны, есть несколько удачных шуток, временами все вместе действительно смешно.

Если расслабиться и совсем отключить башку — отличное кино, полная релаксация обеспечена. Если здравый смысл не покидает, лучше сознательно задавить в себе вопросы типа: а почему артистка неудачница, коли действие начинается с произносимого ею финального монолога Принцессы Турандот? Не самая последняя роль в отечественном репертуаре. Правда, монолог звучит за кадром, мы видим нашу артистку уже снимающей грим... может, она — всего лишь Принцесса Татарская?
В любом случае, совсем уж пропащей ее не назовешь. А якобы недостижимость заветной роли мамы Гамлета — результат обычной клинической ситуации на театре, когда все лакомое — приме, а ты жди, пока она сломает ногу, выйдет из фавора и т.д. И прима в фильме наличествует, разумеется, чем подтверждает мои догадки.

Но Говорухину важна, в полном соответствии с текущим интересом "обычной публики", задаваемым таблоидной прессой, не столько творческая, сколько закулисная и личная жизнь деятелей театра, кино и телевидения. Поэтому "производственная драма" сведена к эпизодам представления персонажей театрального мира.
Вот артисты, один из которых пренепременно занимает у коллег до получки. Вот гримерша, вот помреж, вот электрик. Вот некая, видимо, секретарша, которая по телефону орет-разговаривает совершенно так, как тетки Киры Муратовой. Напомню, кстати, что Станислав Сергеевич Говорухин, который во всех интервью поносит "так называемое интеллектуальное кино не для всех", снимался у Киры Георгиевны в главной роли в фильме "Среди серых камней" (1983), — артист он замечательный, органичный и выразительный. Забавно, еще раз кстати, что в новой работе Муратовой "Два в одном" действие тоже происходит за кулисами театра; картина скоро выйдет в прокат, вы будете оглушены разницей. Если начнете сравнивать, конечно.

Однако вернемся к "Артистке". Матримониальные проблемы — поиски приличного спутника жизни — гораздо сильнее привлекут потенциальных зрителей, а главное — зрительниц. Неудивительно. Эти проблемы типичны для нашей страны, где миллионы девиц, женщин и, простите, дамочек озабочены тем же (не случайно героиню зовут Аня Петрова: "хорошее имя, редкое"). А профессиональное лицедейство — удел далеко не каждой российской гражданки. Тема дает шанс и минимальную гуманность проявить (на мгновение дать утешение и надежду), и на массовый интерес ставку сделать.
К тому же "личная жизнь" позволяет оперировать доступными массам образами, представлениями, мифами и мыслеформами. Никаких соображений хоть на полмизинца выше классической бытовухи в картине обнаружить не удастся. Отсюда самые что ни на есть предсказуемые сюжетные повороты, банальные ситуации и диалоги. Если работяга — то выпивоха и с фамилией Босякин. Если герои выпили — немедленно запоют (кстати, наша Аня со своей подругой Мусей все время прикладываются к рюмочкам с водочкой, что дает дополнительную возможность посмеяться героиням, актрисам и публике). Ученый — само собой, Викентий, маменькин сынок, плотненький и в очках. Да еще — паразитолог, чтобы веселее было, потому что слово "паразит" якобы смешное. Если вышел в тапочках на улицу — непременно дождь...
Отсюда самочувствие, которое возникает у взрослого зрителя в заштатном цирке: клоун вроде и старается, но его номера и ужимки не новы, монотонны, в итоге — скучны.

Почему Станислав Говорухин, в прошлом активнейший газетный и кинопублицист, поныне политический деятель, после фильмов "Так жить нельзя" (1990), "Россия, которую мы потеряли" (1992), "Александр Солженицын" (1993), "Великая криминальная революция" (1994), "Ворошиловский стрелок" (1999), "Благословите женщину" (2003), "Не хлебом единым..." (2005), вдруг снимает почти водевиль с полнейшим отказом от любого социального значения и вообще смысла как такового? И при этом продолжает, извините, брюзжать в прессе об ужасной молодежи, о чудовищном прокате, об отсутствии культуры, засилье корысти, глупости и прочая, и прочая...
То ли возраст уже противится борьбе, то ли просто усталость и разочарование напали. Можно лишь гадать. Но внешне сдача Говорухиным своих же редутов выглядит как полное подчинение законам того рынка, который он так презирает. Результат налицо: сделал непритязательное кино — получил в прокатчики компанию "XX век-Фокс СНГ" (о количестве копий на страну источники молчат) и фактически всероссийскую премьеру в День кино.

Заслуженный режиссер старой советской киношколы сыграл в тандеме с самой что ни на есть капиталистической структурой, которая грамотно использовала и его личный авторитет, и его новую работу. Поймите меня правильно: даже самый сумрачный автор имеет полное и беспрекословное право снять комедию, но отчего уж такую простенькую, что кажется "заказной"? Получился, в полном соответствии с законами обычного российского водевиля, конфуз: классический резонер посрамлен жизнью.
Все эти "амплуа" возникли не случайно. Режиссер и не скрывает, что сделал фильм с театральным уклоном, взяв за основу сценария пьесу Валерия Мухарьямова. Пьесу, которую не поставили ни в одном репертуарном театре страны. Поразительно, что не поставили и ни в одной антрепризе (теперь, я уверена, многие захотят, да права резко вздорожают), — ибо это классический антрепризный сюжет. То есть, рассчитанный в первую очередь не на искусство, а на кассу.
И некая касса действительно может собраться, хоть и не великая. Я смотрела "Артистку" на фестивале в Выборге — зал был переполнен настолько, что знаменитый кинорежиссер Александр Митта ("Экипаж", "Граница. Таежный роман"), старше Говорухина еще на три года, сидел на ступеньках, подложив под себя газету. В середине картины вдруг кто-то ушел с первого ряда — и Александр Наумович прытко занял освободившееся местечко, прихватил свою бутылку воды, а газетку позабыл... После картины выражал восторг.

Что же беспокоит? А отсутствие кино беспокоит. Моральные авторитеты для многих - режиссеры старшего и средне-старшего поколения — один за другим уходят, словно за дудкой Крысолова, в так называемый чистый жанр. Во-первых, они за прошедшие годы, простите, пообломались со своими полуудачными, а то и вовсе неудачными фильмами "про жизнь", критикующими новую социальную реальность (не стану называть имен из почтения к классикам). А в жанре — спокойнее и надежнее, труднее промахнуться с простым смыслом, труднее опоздать с актуальностью. Да и современно это — собирать кассу...

Но, во-вторых, уже не один из этих мастеров публично посетовал даже не на кинопрокат как таковой, а на изменившееся поведение зрителей в кинозале. В основном — молодых людей, которые входят и выходят во время фильма, пьют пиво, закусывают, разговаривают по мобильнику, комментируют вслух события на экране — будто дети, будто перед телевизором... Все это отвращает взрослую и/или воспитанную публику от похода в кинотеатра, удерживает от покупки билета в кино.
При этом показываемое телевизором уже мало кто из вменяемых граждан может смотреть. Однако потребность людей в зрелищах никуда не делась. И не исчезла столь же базовая потребность в коллективном сопереживании. Что остается? Театр. Кроме спектакля и буфета, там в большинстве случаев все еще гарантировано приличное поведение собравшихся даже на галерке. Что отдельно комфортно ощущать публике, которую Говорухин хотел бы видеть на своих фильмах ("Мой зритель не умер, просто он не ходит в кино", — вот мантра Станислава Сергеевича).

В общем, театры полны. Особенно антрепризы, где играют известные артисты, а мыслительно напрягаться не надо. И будто бы грех кинематографу, выросшему из театра, снова не припасть к материнской груди. Так антреприза в исполнении заслуженных кинорежиссеров приходит на киноэкран — в надежде сманить зрителей обратно (в надежде абсолютно иллюзорной, что очевидно).
Так киноискусство отодвигается все дальше и дальше в резервацию "арт-хаус" — вроде и между делом, но по сути глубоко сознательно. Ибо авторы антрепризных спектаклей и фильмов возродили советскую привычку выступать от имени всего народа. Которому, якобы, высокое (новаторское, экспериментальное...) искусство не нужно.
Меж тем, народ — не монолитная бетонная конструкция. И, главное, киноискусство прежде всего необходимо самому кинематографу, что вряд ли надо доказывать. А потому подобное профессиональное поведение — поведение самоубийц. Поведение безответственных "авторитетов", каких мы, скрепя сердце, наблюдаем-терпим во многих иных отраслях бывшего народного хозяйства и называем временщиками. Их девиз прост: на наш век хватит, а после нас хоть потоп.

Где посмотреть фильм "Артистка" в Краснодаре?

«Современное искусство победило»

Мэр Краснодара пообщался с деятелями искусства и бизнеса в «Типографии»

Статьи

Кто съел тётку?

Как краснодарцы подсели на уникальный стритфуд и к чему это привело

Читайте также

Реклама на портале