Книги Пушкина, Гоголя и Тургенева пометили предупреждениями о наркотиках на российском сервисе электронных книг

Издатели предупреждают: библиотеки могут лишиться половины книг из-за совокупного давления новых законов

24 апреля «Ведомости» сообщили, что сервис электронных книг «Литрес» начал добавлять предупреждения о вреде наркотиков к произведениям русских классиков. Маркировке подверглись, в частности, сборник стихотворений Александра Пушкина 1814–1836 годов (карточка книги удалена на момент публикации новости), поэма «Руслан и Людмила» и «Повести Белкина». Предупреждения также появились у произведений Николая Гоголя «Нос» и «Вий», а также сборника Ивана Тургенева.

В пресс-службе «Литреса» заявили «Ведомостям», что изучают ситуацию на предмет исключения возможной ошибки маркировки контента. «Незаконное потребление и оборот наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов запрещены в России и влекут административную и уголовную ответственность», — указано в профилях книг.

Причиной маркировок стал закон о запрете пропаганды наркотиков, вступивший в силу 1 марта 2026 года. Поправки обязывают сопровождать произведения литературы и искусства, опубликованные после 1 августа 1990 года и содержащие упоминания наркотиков, специальным предупреждением с восклицательным знаком и антинаркотической надписью. За нарушение юридическому лицу грозит штраф до 1,5 млн рублей, а максимальное наказание — до двух лет лишения свободы.

При этом ни одно из перечисленных произведений не входит в перечень книг, которые Российский книжный союз рекомендовал маркировать. В этот список, среди прочего, попали биографические книги о жизни и творчестве поэта Владимира Высоцкого и писателя Михаила Булгакова, а также книги Виктора Пелевина, Стивена Кинга, Чака Паланика и Харуки Мураками.

Депутат Госдумы Владислав Даванков потребовал от Минюста разъяснений по применению закона к классической литературе. По его мнению, если в произведении наркотики упоминаются не в позитивном ключе, это не должно расцениваться как пропаганда.

Напомним, что ранее глава комитета Госдумы по госстроительству Павел Крашенинников заверял, что произведения Толстого и Булгакова под действие закона не подпадут. Известно, что для издательств была разработана программа цензуры на основе искусственного интеллекта — она уже допускала ошибки: запретила книгу писателя Дениса Драгунского из-за слова «драг» в фамилии (от англ. drug — «наркотик»).

Маркировка классики из-за закона о наркотиках — лишь часть масштабной проблемы, с которой столкнулась книжная отрасль. Как писали «Ведомости», президент издательской группы «Эксмо-АСТ» Олег Новиков предупредил, что библиотеки рискуют лишиться половины фонда, если требования законов об иноагентах и нежелательных организациях будут исполняться буквально. По его словам, под угрозой изъятия могут оказаться книги, в которых проблемный статус имеют не авторы, а люди, написавшие комментарии, аннотацию или создавшие макет. На фоне дискуссии президент Российского книжного союза Сергей Степашин предложил наделить экспертный центр организации статусом «единого окна» для правового анализа произведений. При этом только Российская государственная библиотека хранит более 48 миллионов изданий, а Российская национальная библиотека — около 39 миллионов.

Как писали Юга.ру, для защиты молодежи от западного влияния краевая Общественная палата рекомендует читать западные антиутопии.