Оппозиционный политик Пивоваров останется в краснодарском СИЗО до конца ноября
Октябрьский суд Краснодара назначил Пивоварову арест до 29 ноября
Напомним, вечером 31 мая бывшего исполнительного директора «Открытой России» (в 2017 году организации с таким названием, зарегистрированные в Великобритании, Генпрокуратура признала нежелательными) сняли с самолета в петербургском аэропорту. Пивоварова допросили и провели ночью в его квартире обыск.
Оказалось, что 29 мая следственный комитет Краснодарского края возбудил в отношении Пивоварова уголовное дело по ст. 284.1 УК РФ (Осуществление деятельности нежелательной организации). Причиной для этого стал репост в фейсбуке проекта «Объединенные демократы» (проект, координирующий независимых кандидатов на муниципальных выборах). Пивоваров сделал его в августе 2020 года, находясь в Краснодаре.
Политика заключили под стражу до 31 июля. Защите не удалось обжаловать это решение, хотя адвокат предоставил доказательства, что репост сделал другой человек. А 21 июля суд продлил арест до 29 октября.
11 октября в телеграм-канале «Команда Пивоварова» сообщили, что политику предъявили обвинение по ст. 284.1 УК РФ (осуществление деятельности нежелательной организации) в окончательной редакции. Ему вменили 30 постов на фейсбуке, один репост и организацию мероприятия. По этой статье Пивоварову может грозить от двух до шести лет лишения свободы.
13 октября его команда написала в телеграме, что Октябрьский районный суд Краснодара продлил арест Пивоварову до 29 ноября.
«Суд прислушался к доводам стороны обвинения о том, что Андрей может сбежать или оказать давления на свидетелей», — сообщили в телеграме.
Пивоваров в суде сказал, что он законопослушный человек и занимался общественной деятельностью по закону:
«Вы хотите заниматься правами человека? Писать про рост цен в магазинах? Вон, посмотрите на Пивоварова, с вами будет так же. Ваша честь, я уверен, что вы, как и я, очень уважаем нашу страну и не хотим ее превращения в Сомали, где захват людей стал национальной традицией. Давайте поможем нашей стране хотя бы в моем случае покончить с этой позорной практикой. Настало время освобождения заложников».