Девочка с колокольчиком и День знаний. Как кубанский педагог Брюховецкий придумал главные школьные традиции страны

Историк рассказывает, как «кубанский Макаренко» Федор Брюховецкий придумал главные школьные ритуалы страны

Торжественная линейка 1 сентября, первоклассница с колокольчиком на плече выпускника, последний звонок в мае, день самоуправления — кажется, эти традиции существовали всегда. На самом деле почти все они родились в одной краснодарской школе у железнодорожного вокзала, которой более 30 лет руководил педагог-новатор Федор Брюховецкий.

По просьбе Юга.ру кандидат исторических наук Святослав Гриценко рассказывает, как «кубанский Макаренко» поднимал школу из руин и придумал главные школьные ритуалы страны.

Из семьи машиниста — в директора

Будущий педагог-новатор родился в 1915 году в Екатеринодаре в простой семье: его отец был машинистом локомотивного депо при нынешней станции Краснодар-1, а мать посвятила себя воспитанию восьмерых детей (выжили четверо).

В 1930 году, согласно автобиографии Брюховецкого, хранящейся в краевом архиве, юный Федор окончил семилетку и, как полагается выходцу из рабочей семьи, поступил в фабрично-заводское училище при краснодарском мясокомбинате. Однако Брюховецкому не суждено было заниматься разделкой туш: после тяжелой операции на желудке он понял, что физически не сможет работать по полученной в ФЗУ специальности.

Тогда будущий учитель и выбрал педагогическую стезю: в 1933 году он поступил на исторический факультет Кубанского педагогического института (ныне КубГУ) и через три года окончил его, получив квалификацию учителя истории и обществоведения. В те же годы пришел и первый опыт преподавания — сначала на пункте ликбеза, затем в школе № 8 в центре Краснодара.

После института Брюховецкий отправился по распределению в соседнюю Ростовскую область, где преподавал в школе № 25 на станции Зверево. Там же, совсем молодым, Федор Федорович стал завучем — а заведование учебной частью во все времена требовало больших знаний, выдержанности, крепких нервов, умения взаимодействовать как с учениками, так и с коллегами.

В начале Великой Отечественной войны Брюховецкий не был призван в армию по состоянию здоровья и в 1942 году отправился в эвакуацию в Сибирь. Там молодой педагог впервые стал директором: больше года он успешно возглавлял школу № 1 в селе Шарыпово (ныне город) Красноярского края.

Наконец, осенью 1943 года его отозвали из Сибири в родной Краснодар. Город только что был освобожден от фашистов, и перед Брюховецким поставили крайне сложную задачу — наладить быт и учебный процесс в мужской школе № 58 (будущей школе № 12), расположившейся в одном из немногих уцелевших зданий в районе вокзала. Именно здесь в трудные военные годы и началась подлинная история педагога-новатора Брюховецкого.

Делянка и «кровавые мозоли»: начало пути

Доставшееся Брюховецкому школьное здание на улице Железнодорожной было чуть ли не единственным в квартале, уцелевшим после бомбежек и боев за освобождение города. Зато у него была своя история: в дореволюционные годы его построили как детский приют и ремесленную школу по инициативе учительницы и активистки Раисы Хлебниковой.

Теперь же в старых стенах должна была расположиться новая советская школа — символ восстановления города после ужасов фашистской оккупации. Правда, начинать новому директору пришлось практически с нуля: в будущей школе не было стульев, парт, дров для отопления и даже чернил с писчей бумагой.

Непросто было и с учениками: выросшие в условиях войны, безотцовщины и голода дети (до 1949 года — только мальчишки) были дерзкими, неорганизованными, непривычными к дисциплине. Как и его великому предшественнику Антону Макаренко, начинавшему строить свою трудовую колонию среди разрухи конца Гражданской войны, Брюховецкому пришлось поднимать вверенную ему краснодарскую школу из руин — в буквальном смысле своими руками.

Закономерным выходом из материальных, организационных и педагогических затруднений стало трудовое воспитание — благо такой подход восходил к системе Макаренко и в свое время активно проповедовался Надеждой Крупской — видным советским педагогом и женой Ленина. По примеру предшественника, руководствуясь лозунгом его воспитанников «Не пищать», Брюховецкий выбил у городских властей делянку — четыре гектара запущенной, поросшей лесом земли в 40 километрах от города. На этом участке и ученики, и педагоги, и сам директор рубили и кололи дрова, грузили их в вагоны, корчевали пни «до кровавых мозолей». А на очищенной от леса земле развели школьный огород, который дал урожай уже в первый год. Как вспоминал сам Федор Федорович: «К началу нового учебного года в школьной столовой каждый из ребят к кусочку черного хлеба получал тарелку борща или супа из собранного ученическими бригадами урожая».

Так в каждодневных трудах и заботах педагога-подвижника рождались основы его системы воспитания, в центре которой находился сплоченный школьный коллектив — органический союз учащихся и педагогов, связанный не только учебой, но и совместным трудом.

В отличие от Макаренко, Брюховецкий имел дело не с совершенно дикими, «блатными» малолетними нарушителями (одного из таких щуплый директор колонии однажды привел в чувство легким рукоприкладством). Его система строилась на устоявшемся еще до войны фундаменте — трудовом воспитании и пионерской организации, из звеньев и бригад которой выросла вся школьная иерархия. Что, впрочем, не умаляет заслуг самого Федора Федоровича, отладившего эту систему в тяжелейших послевоенных условиях.

«Классные коллективы» и школьное самоуправление

В школе Брюховецкого самоуправление было развито едва ли не сильнее, чем в любой другой советской школе послевоенного времени. Еще в конце 1940-х годов наряду с пионерскими звеньями были созданы ученические комитеты — их было два, по числу смен. Комитеты, в частности, ежедневно назначали по 25 дежурных для наблюдения за порядком — так в школе появились нарядно одетые ребята с красными нарукавными повязками. Они подчинялись старшему дежурной смены, а тот отчитывался о состоянии дел на ежедневной линейке в актовом зале. Наиболее важные вопросы решались на особом Совете ученического коллектива, который собирался раз в четверть.

Сам Брюховецкий отмечал: «Дети должны видеть не только свой классный коллектив, но и коллектив всей школы в процессе совместного труда, имеющего общественную значимость, переживать свое участие в нем».

На основе созданной тогда системы вскоре появился особый день самоуправления — школьный праздник, в ходе которого старшеклассники проводили уроки для младших товарищей под присмотром учителей и директора. Как и многие начинания краснодарской школы № 12, эта традиция широко распространилась по всему СССР и до сих пор сохраняется кое-где на постсоветском пространстве.

«За честь школы»: рождение местной традиции

Разобщенных учеников и учителей сплачивали не только труд и самоуправление, но и традиции — прежде всего праздники и памятные даты. Первым в этом ряду стал ежегодный праздник «За честь школы», связанный с вполне конкретным событием ранних лет ее истории.

23 января 1944 года на слете отличников учебы зачитали письмо от командования Ленинградского фронта: выпускнику школы Александру Мироненко было присвоено звание Героя Советского Союза. По воспоминаниям участников слета, дочитывали письмо при свете фонариков — электричество в военные годы нередко отключали. В письме были такие строки: «Александр Мироненко защищал честь, свободу и независимость нашей Советской Родины, а также честь школы, которая воспитала его».

Эти строки, как и сам факт награждения старшего товарища, произвели на школьников столь сильное впечатление, что по предложению одного из старшеклассников тогда же был учрежден праздник «За честь школы». С тех пор каждый год 23 января питомцы школы Брюховецкого собирались в актовом зале, в торжественной обстановке подводили итоги первого полугодия, награждали отличившихся в учебе и спорте товарищей (первые подарки были самодельными), а имена лучших заносили в особую школьную Книгу почета. Много позже, в 1984 году, Федор Федорович выпустил для коллег из других регионов брошюру с методическими рекомендациями по проведению праздника.

Но если «За честь школы» остался преимущественно местной традицией, то вклад Брюховецкого, его коллег и воспитанников в создание подлинно общенародных праздников — Дня знаний и последнего звонка — бесспорен.

Знамя, звонки и линейки: праздничный календарь школы № 12

Традиция начинать учебный год в сентябре восходит еще к допетровским временам, однако 1 сентября не было единым днем начала занятий ни в царской России, ни в первые советские годы: общую для всех школ дату ввели лишь в 1935 году постановлением Совнаркома и ЦК ВКП(б).

Историки отечественной педагогики считают, что именно в краснодарской школе № 12 в конце 1940-х годов усилиями Брюховецкого сложился привычный нам ритуал начала учебного года — с торжественной линейкой, напутственной речью директора и звенящим для всех первым звонком. Обычай доверять первый звонок первокласснице на плече выпускника — тоже придумка директора школы № 12. Все эти новации сильно опередили своё время: статус всесоюзного праздника День знаний получил лишь в 1984 году указом Президиума Верховного Совета СССР.

Последний звонок тоже кажется вечным праздником окончания школы, но у него есть точная дата рождения — 25 мая 1948 года: в этот день он впервые прошел в школе Брюховецкого в Краснодаре. В тот же день аналогичный праздник состоялся и в московской школе № 182, директор которой Георгий Асеев также считается одним из основателей этой традиции. Правда, тогда еще не было школьного вальса: первоклассники дарили выпускникам свои поделки, а потом все вместе высаживали деревья на территории родной школы.

Тогда же появилась и торжественная передача школьного знамени: из числа будущих выпускников выбирали знаменосца-передовика и двух его помощников. Алое знамя хранилось в кабинете директора, выносилось на все праздники и торжества, и никто, кроме знаменосца и его помощников, не мог даже прикасаться к школьной святыне. Так формировалось понятие о чести школы, которую надлежит поддерживать всем участникам коллектива: учителям — работой по обучению и воспитанию подопечных, ученикам — прилежной учебой. Многим ученикам школы Брюховецкого плохо учиться было попросту стыдно: на них строго смотрели одноклассники, учителя и обожаемый всеми директор — большой гуманист, но, по отзывам современников, принципиальный и даже жесткий во всем, что касалось школьной жизни.

Калейдоскоп праздников сопровождал школу № 12 весь учебный год: большой спортивный праздник в начале сентября и майский фестиваль творчества и труда, день памяти учителей и учеников, погибших в годы Великой Отечественной войны (8 мая), и традиционные выезды всей школы на пикник. Питомцев Брюховецкого объединяли не только общий труд и честь школы, но и общие праздники — теплые воспоминания о них на всю жизнь оставались и у выпускников, и у педагогов.

Баскетбол, атлеты и свой стадион: спортивные будни школы Брюховецкого

Еще одним направлением школьной жизни, которое бурно развивалось с начала 1950-х годов, стало спортивное воспитание — им занимались не только учителя физкультуры, но и выборные физорги. Даже школьный стадион по инициативе верного себе Федора Федоровича несколько лет строили сами учащиеся под руководством педагогов: Брюховецкий считал, что коллектив сплачивают не только общие праздники, но и общее дело — будь то школьный огород, обелиск в память погибших в войну или большая стройка на школьной территории.

В подшивках советской прессы из собрания Ленинской библиотеки автору этих строк удалось обнаружить большой репортаж о юных спортсменах школы № 58 (будущей № 12), опубликованный газетой «Советский спорт» в апреле 1957 года. Среди прочего в материале есть такие строки: «В 58-й школе спортом увлекаются почти все ученики. Но наибольшей популярностью у ребят пользуется легкая атлетика и баскетбол. В этих видах спорта сборные команды школы являются сильнейшими в городе; не раз завоевывали призы на краевых, дорожных соревнованиях учащихся».

Журналисты московского издания справедливо отметили роль директора, который, по признанию и спортсменов, и их наставников, был «душой школьной физкультурной организации». В его кабинете хранились все завоеванные школьниками кубки, грамоты и дипломы.

Обратили журналисты внимание и на строительство стадиона, которое вели сами ученики во главе с «начальником стройки» — девятиклассником Геннадием Кондратьевым. Пока же, писала газета, спортсмены в любую погоду разминались в школьном парке, а затем расходились по секциям в спортзале. Примечательно, что по решению Совета школы баскетбол и легкая атлетика вошли не только в программу секций, но и в обычные уроки физкультуры — чтобы охватить как можно больше желающих.

Отдельный репортаж был посвящен выступлениям питомцев школы Брюховецкого на городском стадионе «Динамо», где они успешно конкурировали с представителями спортивных школ города, а также с членами спортклуба «Спартак». «В Краснодаре, да и на Кубани легкоатлетам и баскетболистам нашей школы сейчас пока нет равных», — с гордостью заявил корреспондентам представитель школы.

Ушинский, Лихачев и Брюховецкий: признание и наследие кубанского педагога

Удивительный демократизм созданной Брюховецким системы плохо сочетался с послевоенным «апогеем сталинизма», и все же его начинания с первых шагов пользовались покровительством властей. Возможно, причина тому — идеологическая созвучность системы Брюховецкого идеалам советского коллективизма, творческое переосмысление им педагогических идей Макаренко и Крупской, которых Федор Федорович очень ценил.

Как бы то ни было, уже в 1951 году краснодарская школа под его руководством стала опытной площадкой Академии педагогических наук РСФСР (с 1966 года — АПН СССР), что дало зеленый свет дальнейшей деятельности директора и педагогов и освободило их от мелочной опеки городского и краевого начальства.

Тогда же Брюховецкий был награжден медалью Константина Дмитриевича Ушинского — одной из ключевых учительских наград того времени. На наш взгляд, награждение более чем справедливое: в основе системы Брюховецкого всегда лежали проповедовавшиеся дореволюционным педагогом гуманизм и бесконечная вера в человека и его возможности.

Свои взгляды на обучение и воспитание школьников Федор Федорович неустанно пропагандировал в методических и научных работах — к концу 1980-х их набралось около сотни. Символом признания заслуг стала защищенная им в 1964 году в Академии педагогических наук кандидатская диссертация «Основные проблемы воспитания школьного коллектива», обобщившая накопленный директором школы № 12 практический опыт.

Слава Федора Федоровича выходила далеко за пределы родной школы и Краснодара: в разные годы советская и постсоветская пресса сравнивала его с Макаренко и Сухомлинским, Лихачевым и Ушинским. А Любовь Балясная — идейная наследница Крупской и многолетний замминистра просвещения СССР — в статье в «Известиях» в октябре 1982 года поставила Брюховецкого и его школу в один ряд с известными педагогами-новаторами, авторами ярких методик управления школьными коллективами. Балясная отметила, что краснодарская школа № 12 на всесоюзном уровне с полным правом называется «Школой Брюховецкого».

Сам «кубанский Макаренко» в 1975 году оставил пост директора, передав его дочери Людмиле Федоровне, но остался в родных школьных стенах учителем истории и обществоведения — и наставником молодых педагогов. В школе № 12 никогда не было текучки кадров, а многие видные учителя были ее выпускниками.

Именно коллектив педагогов и сообщество выпускников стали инициаторами установки в 2023 году мемориальной доски в память об учителе на стене его родной школы, которая теперь носит имя Антона Макаренко. Открытие прошло в торжественной обстановке — с участием выпускников разных лет, учителей и учеников, а также представителей гордумы Краснодара и кубанской прессы.

В региональной прессе в последние годы появилось немало публикаций о Федоре Федоровиче — причем не только к юбилейным датам. Значит, память о кубанском педагоге жива. Приятно сознавать, что на родной земле есть крепко стоящие на ногах школы с большими традициями — не пораженные социальным эгоизмом, нездоровой конкуренцией, бюрократией и формализмом. Хочется верить, что педагогическое наследие Брюховецкого будет должным образом переосмыслено и останется востребованным и в XXI веке.

Версия страницы для ПК